Печать

Страница №31

. Богдановская-Гиенэф И.Д. Закономерности формирования сфагновых болот верхового типа

Sph. cuspidatum берут перевес последние. В бугорчатых мочажинах с бугорками, покрытыми Sph. rubellum и Sph. magellanicum, и на этой глубине находится комплексный магелланикум-торф, который, по-видимому, можно часто рассматривать как отложение либо бугорчатых мочажин, либо мочажин со значительным количеством вкрапленного Sph. magellanicum. Но смешение остатков Sph. magellanicum с мочажинными элементами может иногда быть просто результатом перемешивания различных торфов током воды.

Интересно, что небольшие бугры в мочажинах с ассоциацией Andromeda — Sph. rubellum с большей или меньшей примесью Sph. fuscum оказываются иногда весьма устойчивыми, судя по тому, что их отложения можно проследить до глубины 2 м.

Таким образом, под мочажинами третьей группы шейхцериевый торф почти всегда сменяется сначала магелланикум-торфом. Этот последний переходит затем в комплексный магелланикум-торф либо очень близко к поверхности, либо на значительной глубине (2 м и больше); только в редких случаях можно наблюдать закономерное возрастание кверху роли мочажинных элементов; чаще соотношения менаду Sph. magellanicum и Sph. fuscum, с одной стороны, и Sph. cuspidata (coll.), с другой, колеблются так, что то одни, то другие преобладают.

Под грядами мы всегда имеем не менее 1.5 м грядового торфа, и состав его гораздо более однообразен, чем у торфа в мочажинах. В вариантах 1 и 2 грядово-мочажинного комплекса под грядами залегает магелланикум-торф, прикрытый лишь тонким слоем фускум-торфа, или, иногда, магел-ланикум-фускум-торф; в 3-м варианте фускум-торф достигает 2.5 м мощности, хотя и попадаются иногда гряды, под которыми близко залегает магелланикум-торф. В общем смена Sph. magellanicum на Sph. fuscum совершается раньше всего в средней части склонов. Мощность фускум-торфа также больше в полосах течения с озерками, нередко проходящих по склонам (пикет 5/9, визира 20; пикеты 6/4 и 8/2, визира 22 и др.).

Прослойки мочажинного торфа под грядами встречались иногда на границе между шейхцериевым торфом и грядовыми торфами, но только в единичных случаях они были найдены в самой толще грядовых торфов (на глубине 2 м, между магелланикум-торфом снизу и фускум-торфом сверху). В этом отношении наши наблюдения на Полистово-Ловатском массиве совпадают с данными Н. Я. Каца (1934) о болотах центрального района.

Из рассмотрения строения торфяника под грядово-мочажинным комплексом следует, что здесь отсутствует регенеративная структура, описанная для шведских верховых болот (Post и Sernander, 1910; Granlund, 1932, и др.). Образование гряд и мочажин на нашем массиве не носило циклического характера. Подтверждается, таким образом, вывод, сделанный нами для Прибалтийских болот на основании изучения их растительного покрова и поверхностного слоя торфа (Богдановская-Гиенэф, 1928). 3. Ф. Руофф (1934) также пришла к выводу о большой длительности существования гряд на торфяниках Калининской области. По-видимому, динамика грядово-мочажинного комплекса одинакова во многих болотных районах европейской части СССР (в Карелии, например: Богдановская-Гиенэф, 1933). Интересно, что Аарио (Aario, 1932) также пришел к заключению об устойчивости гряд, возникших прогрессивно, для болот Финляндии.

Из всех комплексов верховой части Полистово-Ловатского массива грядово-мочажинный занимает наибольшую площадь, превосходя в этом отношении даже озерно-денудационный комплекс. Такое значительное распространение объясняется особенностями рельефа поверхности массива,


Яндекс.Метрика